О хватить всеобщую историю за несколько веков можно, конечно, только придерживаясь строго определенных рамок. Включив в историю колониальной политики европейских стран описание того, как сами жители слаборазвитых стран, подавленные эксплуатацией, переживали вторжение чужеземцев, мы как бы поставили перед собой непосильную задачу. О целых столетиях борьбы, которая велась против европейских захватчиков, мы знаем лишь от них самих или от представителей их идеологии, иначе говоря, мы до сих пор находим в летописях и литературе отражение этой борьбы как бы в кривом зеркале: эксплуататор, который появлялся из-за океана с целью грабежа, сам же и описывал, как реагировали на его грабежи те, кого он грабил. В таком состоянии находится история не только миллионов американских индейцев и африканских народов, но также и таких народов, как индийцы, подчиненных в течение двух столетий власти европейского капитала. Со времени мировой войны 1914—1918 гг. под влиянием возросшего индийского национально-освободительного движения ряд индийских историков предпринял первые попытки самим выявить и самостоятельно истолковать прошлое своей страны. Но зачастую и сейчас еще для   характеристики   истории   национальных   движений   и   восстаний против португальцев, французов и англичан в XVI и XVII вв. им приходится прибегать к явно пристрастным и искаженным португальским, французским и английским источникам, потому что по большинству вопросов индийских источников не имеется вовсе. Найти и использовать то, что еще лежит нетронутым на полках национальных библиотек, — дело будущих историков, археологов и лингвистов, взращенных освободившимися народами.
Хронологически намеченный нами план составлен с учетом того, что если о колониальной истории XIX и XX вв. в нашей дореволюционной и особенно послереволюционной литературе, а также и за рубежом кое-что писалось, то анализ колониальной политики предшествующих веков, и в первую очередь направляющих   ее   экономических   факторов,   чрезвычайно   мало   разработан.
Обстоятельное изложение своей темы я поведу с XV столетия, с начала так называемых великих географических открытий, с рассмотрения того, какие требования были тогда поставлены социально-экономическими условиями того времени и какими путями европейские государства добивались их реализации.
Считая вместе с тем необходимым объяснить, почему эти требования вытекали из настоятельной потребности данного исторического момента, я даю краткий обзор причин, обусловивших ее.
Еще с середины XI в. европейские летописцы-монахи (единственное тогда грамотное сословие) отмечают, некоторые с тревогой, другие с недоумением, что все проезжие дороги, в особенности во Франции, Германии, Северной Италии и Англии, сплошь и рядом небезопасны: по ним беспрерывно движутся массы сомнительных бродяг. Из них кто занимается открытым грабежом, кто живет на подачки, кто навязывается на работу за кусок хлеба. Иногда идут кучками, иногда собираются толпами в несколько сот человек, окружают монастыри, кричат с угрозами, что богоугодные заведения обязаны кормить их, голодных. Летописцы понимают, что эти люди, видно, оказались лишними у себя, что их выбросила на улицу нужда. Но обобщить причину этого явления они неспособны.
Речь шла о начале отделения ремесла от сельского хозяйства и первых шагах товарного производства, о постепенном отмирании натурального хозяйства, при котором производительные силы развивались крайне медленно.