Одновременно с персами к берегам Азии подплывали и перехватывали товар и набивали ему цену коммерсанты средиземноморских городов Венеции и Генуи. Они везли добычу к себе на родину,  а оттуда — дальше  по Рейну,  в  северогерманские  земли, в города ганзейского объединения Бремен, Гамбург, Любек и, наконец, в Новгород, где шел оживленный обмен восточных товаров на лен, сало, собольи и другие шкурки. Лишь в наше время историческая наука установила, что еще до XI в. и в течение всех крестовых походов, и по окончании их, несмотря на последовавшую в XIII в. договоренность с сельджуками о восстановлении индоевропейской торговли, задолго до распространения в конце XIV в. тревожного слуха о наступлении турок-османов, европейские купцы и особенно представители западного Средиземноморского побережья испанцы жаловались на затруднения, чинимые им не только этими племенами, но и все усиливающейся Венецией. Жаловались, что венецианцы никому не дают житья, не позволяют торговать, убивают всех купцов, пытающихся соревноваться с ними по перекупке индийских товаров на Сирийском побережье.
В городах-республиках Средиземного моря — в Милане, Пизе, Флоренции, процветала промышленность, в Генуе и Венеции на почве посреднической торговли с Индией явное преобладание имел торговый капитал. Раннекапиталистические отношения подорвали феодализм в Италии, в передовых городах которой горожане приобрели почти безграничную власть над феодалами.3 Гак было в XIV в., самом блестящем периоде итальянской истории, особенно во Флоренции. Неисчерпаемые же богатства Индии благодаря беспрепятственной торговле с Востоком предоставлялись главным образом Венеции. Венеция успела прежде всех захватить главные позиции торговли с Индией и даже подчинила своему влиянию большую часть посредников: сделки с арабскими купцами зачастую проводились в самой Венеции под контролем и руководством ее правителей. Сила Венеции заключалась в мощи и широком размахе ее торговли. Как поясняет Маркс, на ранних ступенях капиталистического производства торговля имеет преобладание над промышленностью, слабость же Венеции заключалась в ее посреднической роли, что затрудняет развитие капиталистических отношений.