К 1578 г., через 12 лет после начала революции, расквартированной в Нидерландах с 1567 г. сорокатысячной испанской армии все еще не удалось одержать решительной победы. Назрела необходимость подкрепить эту армию еще новыми 30 тыс. солдат, чтобы добиться хотя бы временного перемирия с нидерландцами и, оставив в Нидерландах небольшой, но надежный гарнизон для подавления очередных вспышек революции, перебросить на новой «армаде», наперед неосторожно окрещенной «непобедимой», все семидесятитысячное войско в Англию.
В истории феодальных и капиталистических государств сплошь и рядом наблюдается, что, когда правящие классы начинают понимать, что время работает против них, они чересчур торопятся с военным наступлением и именно этим ускоряют свой конец. Руководящие политические деятели Испании говорили королю, что сейчас страна их богата, потому что за ней морские пути в Америку и Индию, но нельзя убаюкивать себя таким положением вещей, надо безотлагательно уничтожить потенциальных соперников, поставить на колени голландцев и выбить оружие из рук англичан.
В создание и комплектование громадного по тому времени флота Испания вложила почти все свои финансы. Она поставила на него все свои карты, и они были биты. Гордость испанцев, 130 новых военных судов, десятки торговых судов, захваченных силой или уплатой американскими золотыми слитками частному владельцу любой национальности, в XVI в. легко превращаемых в военные, и 30 транспортных кораблей, способных обеспечить испанский флот оружием и провиантом на полгода, в 1588 г. погибли у английских берегов. В результате этого непоправимого бедствия последовало крушение величия Испании. Она лишилась монополии на морях, а в процессе стремительного развития торговли конкурентов большая часть вывоза из заокеанских стран перешла в другие руки.
Первым конкурентом явилась Голландия. Необходимо остановиться на преимуществах ее экономики, чтобы показать, что именно эти . преимущества обусловили   непосредственно   после   поражения Испании вступление Голландии на поприще колониальной политики.
Голландия уже в первой половине XVI в., когда она еще составляла часть испанских Нидерландов, была передовой в экономическом отношении державой Западной Европы.
Краткий обзор голландских достижений в первые полвека их активной колониальной политики показывает, что самые счастливые для голландской экономики времена были до Кромвеля, до Людовика XIV, хотя конец XVII в. и был для голландской буржуазии как торговой, так и промышленной временем процветания, но это уже был закат «золотого века». Обратимся теперь к его началу.
В самом конце того же XVI в., когда торговое значение Фландрского побережья, оставшегося в руках Испании, стало переходить к Голландии, когда поэтому влияние Антверпена стало падать, а Амстердама — возвышаться, голландское купечество и голландские банкиры стали занимать в европейском торговом мире первенствующее положение. Но и промышленность Голландии, в первую очередь текстильная, в особенности выделка тонких полотен и дорогих сукон, заняла первое место и завоевала рынки даже таких стран, как Англия и Франция, не говоря о более доступных среднеевропейских, где она внедрялась, как нами упоминалось, когда Голландия являлась еще провинцией Испании.
Развитие промышленности и всей экономики Нидерландов в целом было тесно связано с ходом ее колониальных захватов.